Наша память не дает нам покоя. Мы перелистываем ее страницы и каждый раз переживаем заново то, что, казалось бы, ушло далеко. Но иногда память тревожит и не отпускает…
К нам в редакцию обратилась Галина Прокопчик, которая до сих пор иногда возвращается в свое детство, опаленное войной. Родилась она в 1938 году в Могилевской области. В семье Василия Тимофеевича и Надежды Григорьевны Прокопчик было четверо детей. Отец работал в д.Телуша, что под Бобруйском, председателем колхоза. Как вспоминает Галина Васильевна, здесь его очень любили, он был хорошим руководителем и человеком. Кроме того, его ожидало повышение, для чего даже прошел учебу в Москве.
— Еще до войны, когда отец был председателем сельсовета, он неудачно спрыгнул с товарняка и лишился руки. Ему, как рассказывала мама, три раза делали операцию, — вспоминает Галина Васильевна. – Поэтому, когда началась война, он не подлежал призыву. Пришли немцы, и из Телуши пришлось уходить, чтобы не расстреляли отца. И мы всей семьей переехали в д.Коврин, откуда родом были родители. Василий Никитин, который в довоенное время был начальником отца, предложил ему стать связным 539-го партизанского отряда, действовавшего в Кировском районе. Отец отпустил бороду, в старика превратился, чтобы не привлекать особого внимания. Помню, партизаны отсиживались у нас на чердаке, а мама тех, кто пришел с задания, кормила, портянки им сушила. В коридоре у нас был подкоп (в Могилевской области лесов-то нет), выходящий прямо к болоту. И по нему они иногда уходили от нас.
Еще одно неприятное детское воспоминание: «Недалеко был немецкий госпиталь. Иногда нужна была кровь раненым, и немцы собирали для этого детей по домам. Мама прятала нас в подполье. А я плакала и отказывалась лезть туда, потому что жаб очень боялась».
— Однажды проснулись от того, что дом окружен людьми с оружием. Отец сразу понял, что это пришли за ним. Позже выяснилось, что какая-то женщина (видимо, связанная с партизанами) не выдержала пыток и что-то рассказала. И вот за ним пришли. Хорошо помню, что эти люди с оружием говорили по-русски. Отца вывели в коридор и прямо там допрашивали, но он не кричал, не плакал, только стонал. Это при том, что ему загоняли под ногти иголки. Сказал только: «Я служу советской Родине». Стал на колени перед иконой (мама рассказывала), перекрестился (икона у нас висела, хотя отец был партийный). Часов в 10 приехал карательный отряд. Помню, как бабушка – мамина мама – повязала мне гарусовый платок, нас вывели и поставили у стены дома. Вдруг на лошади прискакал человек и сказал, что из Радуши (Гомельская область) идет наступление, а с нами некогда возиться. Мол, никуда не денутся: «За ними поздно не будет вернуться». А мы стояли и даже плакать боялись…
Отца забрали, за руку привязали к лошади и повели в Щедрин (Жлобинский район). Вместе с ним забрали и Лиду – его племянницу. Через пару дней появились партизаны, мама все им рассказала. А мы каждый день ждали, что за нами придут…
Лида вернулась через две недели: ей удалось убедить немцев в том, что она пряталась от них, потому что не хотела копать окопы. Отец мой ей подсказал не называть фамилию Прокопчик и не говорить, что она родственница. Ее выпустили. И она пешком шла обратно (а это километров 40).
Лида рассказала, что их запрягли в телегу вместо лошади и тянули в Щедрин по дороге. Это были женщины и дети, которых из попутных деревень позабирали. «Дядя придет весь черный, — говорила она, — избитый».
Но он знал, что он не вернется, что его расстреляют. Так и вышло…
После войны мама со старшим братом ходили в Щедрин и искали место гибели отца. И одна женщина местная не только показала, где это произошло, но и рассказала, что мужчин (ее муж тоже был там) завели в лес, они выкопали себе яму. Их поставили на краю и расстреляли. Эта женщина через три дня, когда уехал карательный отряд, своего мужа вытянула оттуда и похоронила как положено. А остальные там и лежат…
Рассказ Галины Васильевны был очень искренним и эмоциональным. Очевидно, что эти воспоминания не дают ей спокойно жить. Ведь так важно знать, где покоятся твои родственники, чтобы навестить их, вспомнить и почтить их память и подвиг. И если солдата найти в нынешний век технологий можно (хоть и с определенными трудностями), то, как выяснилось, с партизанами дело обстоит гораздо хуже.
Поиск в сети выдал только один сайт «Партизаны Беларуси». И здесь действительно есть документ, подтверждающий, что «Прокопчик Василий Тимофеевич являлся связным 539-го партизанского отряда (и 9-й бригады Никитина) Могилевской области. Проникал во вражеские гарнизоны и доставлял партизанским диверсионным группам разведданные о расположении врага. Неоднократно скрывал диверсионные группы от немецких захватчиков». В извещении от 15 марта 1945 г., выданном жене Надежде Григорьевне, сказано, что «ваш муж Прокопчик Василий Трофимович, связной п/о … пропал без вести».
Конечно, пришлось позвонить и в сельсоветы и местные библиотеки аг.Телуша, аг.Воротынь (д.Коврин относится сейчас к Воротынскому сельсовету), д.Щедрин, Жлобинский военкомат, Могилевский областной архив… Но, к сожалению, информации практически нет.
Нашлось только памятное место: в аг.Воротынь установлен памятник жителям сельского Совета, которые погибли во время войны. Расположен он в центре агрогородка у здания Дома культуры. В день всенародного праздника Победы здесь ежегодно проводится митинг с возложением цветов и венков. Есть здесь и фамилия отца Галины Васильевны, среди огромного количества Прокопчиков выбиты и инициалы ее отца – «В.Т.». Может быть это немного умерит боль потери и появится возможность хотя бы сюда привезти цветы и почтить подвиг и память отца-партизана…
Но есть (хоть и маленькая) надежда на то, что в вышеперечисленных населенных пунктах в чьей-то семье есть воспоминания, связанные с этой историей и этими именами. Поделитесь ими с нами и Галиной Васильевной…
