На улице рассвело. Я выглянул в окно: как оно там? В последние недели тема непредсказуемой своенравной погоды буквально у всех на устах. Обильные снегопады, морозы и гололедица создали много проблем для пешеходов и транспорта, и все с нетерпением ждут повышения температуры. О весне пока нет разговоров, да и действительно рановато.
Нет, ничего не изменилось, лишь по проторенной спецтехникой дороге пройдет торопливый прохожий по какой-то своей срочной надобности и опять – никого. Да и привычных, протоптанных тропинок, по которым можно было где-то «срезать» путь, тоже практически не осталось. Все укрыто толстым снежным ковром. И перед глазами встает картина белого безмолвия, пронзительно сильно описанная Джеком Лондоном во многих произведениях.
Тишина вокруг девственная, даже птицы редко появляются из своих укрытий. Теперь для них единственное спасение – кормушки, да возможность поискать что-либо на уснувших до весны деревьях. Иногда, заметив человека за окном в теплом жилище, они несколько оживляются, перескакивают с ветки на ветку, словно стараются привлечь его внимание. «Ну, посмотри, какая я красивая! Неужели моя красота не стоит нескольких крошек белого хлеба, которые у тебя наверняка припасены?» – стрекочет синица. Распушив оперение, словно надувшись из важности, на ветке сидит воробей. Но таким образом он всего лишь пытается сохранить тепло своего маленького тела. Глядя на эту птичку, не перестаешь удивляться: как ей удается выжить в морозы. И это при том, что на земле для пропитания уже ничего не найти.
Давненько не было таких зим со столь обильными снегопадами. И я невольно вспомнил свое детство. Зима и снегопады никогда не были для нас препятствием для игр на улице. Наоборот, они давали возможность строить крепости, штурмовать такую же крепость условного противника, закидывая его снежками. А уж если ушли кататься с горки на санках, а то и просто на куске целлофана, то не жди нас, мама, до вечера. А вечером приходили домой мокрые с ног до головы, раскрасневшиеся, но счастливые.
Особым удовольствием после этого было забраться на теплую печь, где лежали мешки с сухофруктами – яблоками и грушами. А еще там у каждого находилась своя книга, за чтением которой мы проводили много времени. К слову, наша печь могла вместить только четверых братьев. Впрочем, повзрослев, вшестером мы собирались все реже.
Когда зимним утром около 6 часов просыпаешься на печи, твое обоняние щекочет запах свежих толстых блинов. Такие невозможно испечь в городских условиях. А какой вкусной была картошка с корочкой сверху, приготовленная в чугунке в печи! А домашние колбасы? Вкус всего этого я помню и теперь, по прошествии многих лет. Если уж все эти запахи не сумели тебя расшевелить, через некоторое время звучал голос мамы: «Слезайте, пора завтракать!»
Зима непременно ассоциировалась у нас с Новым годом и подарками, в них непременно было несколько мандаринов, которые в 1970-е – 80-е они не были так широко доступны, как сейчас. А когда приходило время наряжать новогоднюю елку, это был особый волнительный ритуал. Сейчас я понимаю, как мало нам надо было для ощущения счастья. Было оно простым, без особых притязаний, но таким естественным. Возможно потому, что для этого важен был не большой объем радостей, а их качество.
В этом году мы увидели такую редкую настоящую зиму. До весны осталось буквально два месяца. Несмотря на все неудобства, которые мы испытываем в связи с вполне естественными природными явлениями, нельзя сказать, что в них нет своих плюсов. С надеждой и радостью смотрит сельский труженик на поля озимых посевов, покрытых толстым снежным ковром. Уж он-то знает, что снег защитит посевы зимой, напоит их весной и сохранит будущий урожай. Это позволит избежать лишних затрат, связанных с пересевом культур и неурожаем. Будет влага весной и для яровых культур.
Есть еще один важный момент: в очередной раз мы подтвердили, что вместе – огромная сила в решении любых проблем. Для того, чтобы в этом убедиться, не нужно далеко ходить, достаточно лишь заглянуть на сайт «СН».
