«Европейский союз должен продолжать мобилизацию вместе с сотнями тысяч белорусов, которые на мирных манифестациях добиваются соблюдения уважения их прав, свобод и суверенитета». Как вы думаете, кто это сказал? Не гуглите. Это слова Макрона, президента Франции. Когда по его стране сейчас проходят манифестации под названием «Заблокировать все!», согласен, что сотни тысяч белорусов, выйдя теперь на улицы городов с требованием «уважения их прав, свобод и суверенитета» для французского народа, заслужили бы их искреннюю поддержку.

Но Эммануэль занятО более важным делом, чем снижение уровня жизни в стране. На кону семейная честь четы Макронов. Нужно доказать миру, что существо, которое колотит его в самолете, а потом изображает из себя первую леди Франции, женщина, а не мужик. Вообще-то, поведение Макрона как раз в духе тиражируемых западом ценностей. Вдвойне удивительно, с чего бы вдруг Макрон обиделся, что спит с мужиком. Там это не просто норма, а и дополнительные баллы, чтобы пробиться во власть. Уже и не понятно, как Макрон добрался до президентского кресла: то ли по воле народа, то ли через постель Бриджит (или кто там с ним).

Но французскую общественность мало заботит то, что под юбкой у Бриджит. У них в тарелке сейчас стало мало еды, а свет, газ и прочие обыденные вещи для цивилизованного человека превратились в роскошь для богатых из-за невыносимой политики Макрона, который отправляет деньги налогоплательщиков на боевые действия на Украине, в то время как последние должны мириться с гибелью национальной экономики.

Искренне удивляет: чем французское общество так недовольно? Получается, что круассан для них дороже демократии и свободы? А ведь когда по Беларуси набирали силу протесты 2020-го, там, во французской демократии, рукоплескали, пока белорусские маргиналы выступали против власти. Сейчас ответка пришла на французские бульвары. «Это несправедливо» – заявят французские власти. «Это карма» – готовы сказать мы, видя, что все, что готовилось для нас как метод уничтожения государственности и национальной идентичности вернулось обратно, во французские улочки, чтобы напомнить о политике двойных стандартов.